facebook ВКонтакте twitter
Электронный журнал фантастики. Основан в сентябре 2016 г.
Выпуск №3

Мария Галина. ДОМ СКИТАЛЬЦЕВ

Мария Галина. ДОМ СКИТАЛЬЦЕВ
(О цикле «Дом скитальцев» Александра Мирера.)


Александр Мирер (2 мая 1927 — 18 июля 2001) написал не так уж много для автора-«жанровика», но этого хватило, чтобы стать классиком жанра; репутация укреплялась нешумно, но очень прочно, с каждым произведением. Свои, надо сказать, понимали, что к чему – это у него на квартире Галич пел посетившему Советский Союз Лему. Но это так, для вступления.

Каминг аут – его первую вещь «Субмарина «Голубой кит»» я читала, когда она печаталась фрагментами в «Пионерской правде», и, хотя была еще малоразумной особью, как-то сразу поняла, что вещь эта, скажем так, выпадает из контекста. Да, капиталисты и военщина были очень плохие (один отрицательный герой даже убил в гневе белого мышонка), а советская девочка Катя (не уверена, но кажется, ее в первой версии звали Надя), которую нечаянно передавали по радио – хорошая. Но автор говорил с предполагаемым не очень взрослым читателем не халтуря и не сюсюкая. Второго слоя, какой-то тонкой игры (того, что потом назовут постмодерн), как в аксеновском «Мой дедушка – памятник», тут не было, но убедительность, да, собственно вся триада Стругацких – была.

А вот собранную под одной обложкой дилогию «Дом скитальцев» (здесь нужно уточнить: первая повесть называется «Главный полдень», а «Дом скитальцев» – название второй повести и общее название) я прочла, уже подрабатывая лаборантом в одном НИИ, то есть лет через десять. Одна хорошая девочка Лена сказала – беги, хватай, читай, пока дают. А то зачитают. Не уверена уже, но кажется, именно я ее в результате и зачитала.

Книга была подростковая (и, надо сказать, порядком истрепанная научными сотрудниками), а я в то время подростковыми книгами уже брезговала, и стыдилась того, что в детстве мне, например, нравилось «Каллисто» Мартынова. А ведь нравилось, поскольку обещало объяснимое чудо, триумф человечества и контакт с инопланетным разумом. Там, во второй части, еще и любовь была – очень трогательно. Особо многого я от «Дома скитальцев» не ждала – кто автор «Субмарины…», я не помнила. Ну, какой-то Мирер. Не Стругацкие, не Ефремов и даже не Булычев. Но уже через пару страниц стало понятно, что от той же «Каллисто» эта книга очень отличается. А от Стругацких – не очень. И даже то, что книга была подростковая, как-то стало неважно.

В совсем детской литературе у нас свирепствовали космические пираты, но если не брать в расчет сказку в скафандре НФ, то все освоившие космические путешествия инопланетяне отечественной фантастики 60-х-70-х были настроены дружественно и охотно делились своими технологиями. Почему дружественно – понятно: достигнуть космических перелетов может только высокоразвитая цивилизация, а поскольку неизбежным будущим всякого общества является коммунизм… ну, дальше можно не продолжать.

Так вот, земляне в «Главном полдне» Мирера (отдельно повесть вышла в 1969 году, сразу за «Субмариной») столкнулись – единственный, кажется, раз в истории советской НФ - с высокоразвитой враждебной цивилизацией.

Хотя в том, что касается собственно идеи, Мирер не первый. Другое дело, что в «Кукловодах» Хайнлайна (1951) пришельцы были примитивными паразитами, захватывающими, наряду с чужими телами, чужие технологии. К тому же действие «Кукловодов» отнесено в будущее. Но уже тремя годами позже, в 1954 выходят «Похитители плоти» Финнея, и вот там-то все тоже происходит здесь и сейчас – что только прибавляет страху. Двумя годами позже роман экранизирует Дон Сигел. «Вторжение похитителей тел» очень быстро становится классикой.

И вот в чем разница. Во «Вторжении...» людей заменяют их совершенными – и бесчувственными – копиями. В «Главном полдне» личности захватчиков подсаживают в тела землян поверх их собственных личностей, подавляя их. Но, как и во «Вторжении...», действие происходит в тихой сонной глубинке, где, кажется, ничего не может случиться. Вот только глубинка эта – советская.

А раз советская, то давайте вспомним, с чего начинается повесть. Мальчик случайно обнаруживает, что гитарист Федя, душа-человек, всеобщий любимец, как-то странно смотрит на гитару. И этого достаточно, чтобы мальчик начал за ним следить. Слежка выводит к странному пню в лесу, который на самом деле не пень, но это уже не важно. «Маленькая пуговка лежала на дороге», ну да.

Холодная война, шпиономания. Дети выслеживали шпионов, это был такой род захватывающей игры, а вы как думали? Лично я полагала шпионом завхоза Лермонтовского санатория, потому что он ходил в берете и темных очках. «Вторжение похитителей тел» начинается, напомню, с того, что странное поведение человеческих двойников начинают замечать близкие. И убедить других, что они не сошли с ума, им удается с трудом. Впрочем, «Похитители плоти» писались и экранизировались во время маккартизма, то есть опять же в условиях интенсивного поиска внутреннего врага. Нечеловек, притворяющийся человеком, – в сущности тот же шпион. Или враг народа. Оборотень.

Дальше все по общей схеме – пришельцы изолируют место поражения (не прозвониться, не связаться) и распространяют заразу дальше. Что полагают военные сделать с городком Санта-Мира, если герою удастся их убедить, мы не знаем, а вот на райцентр Тугарино военные, когда все вскрывается – благодаря детям, которых инопланетная технология не берет, – собираются сбросить атомную бомбу; именно это заставляет пришельцев отступить. Все всерьез, и даже не без летальных исходов. Симпатичный сотрудник обсерватории, сыгравший ключевую роль в разоблачении пришельцев, чтобы не выдать космическому врагу план сопротивления, выстрелил себе в голову – для подростковой книжки того времени уникальный случай.

Тут, конечно, есть еще один аспект, более глубоко спрятанный, но проступивший в поздней, 1990 года телеэкранизации под названием «Посредник». Тема шпиономании во времена Перестройки была уже не существенна, на первый план вышел скрытый доселе мотив. Взрослый – всегда чужак. Враг. Непонятный, непредсказуемый. Фактически – инопланетянин. Когда появится возможность предать – он предаст. Даже родители. Особенно родители. Свои – это сверстники. Доверять можно только им. Недаром герои сериала старше героев повести – они тинейджеры, подростки, то есть по определению нон-конформисты.

Вроде бы, сериал стал культовым. Мне лично он не очень понравился.

Вторая часть цикла – «Дом скитальцев», опубликованная почти через десять лет после выхода первой повести, редко нравится тем, кому нравится первая часть, – и наоборот. Мне, скорее, наоборот. По сравнению с первой частью она сложней и взрослей, действие тут происходит на одной из планет Пути, где готовится десант на Землю, и вот два подростка, чьи личности подсажены в тела двух представителей местной элиты – космических монтажников (именно они монтируют на орбите корабли Десанта) должны эти планы сорвать. Так вот, самое удивительное здесь – реализм, с которым Мирер описывает психологию и быт представителей внеземной цивилизации. Более-менее гуманоидной (у балогов по шесть конечностей, из них две атрофированы), но все-таки чужой. Конечно, человеку 27-го года рождения не проблема описать общество, повязанное страхом, держащееся на страхе и тотальной слежке. Общество, фактически кастовое, но с возможностью карьерного роста. Общество, где, как следствие, все строго регламентировано, все блага дозированы и потому особенно значимы и престижны. Усматривать тут модель любого тоталитарного режима ХХ века, конечно, можно – но Мирер не писал политический памфлет. Он рассказывал, как ни парадоксально это звучит, – правдивую историю семейной пары инопланетян (что-то типа супружеской, но, видимо, не совсем – вопросы инопланетного секса Мирер тактично решил не поднимать), волею случая ставших предателями и вовлеченных в странную череду событий. И рассказал ее очень убедительно – вплоть до тонкостей космического монтажа или особенностей биологии инопланетного зверя сумуна. Захваченные (теперь уже нашими, земными подростками) инопланетяне оказываются, кстати, вовсе не монстрами, а неплохими, хм, существами, испорченными квартирным вопросом. Технология сохранения и пересадки личности предполагает постоянную потребность в новых телах, а где их взять? Ну да, можно в порядке наказания отбирать тела у преступников (как следствие преступлением тут может стать даже неправильный переход улицы), но этого же мало… Вот и превращаются все планеты Пути в гигантские фабрики, выплевывающие в космос все новые и новые десантные армады – в поисках тел разумных, куда можно было бы подсадить личности родных и близких – или стоящих в очереди важных шишек. Дальше все получается само собой.

На Фантлабе, кстати – я посмотрела – вторую часть кто ругает, кто хвалит, и одни ругают за то, за что другие хвалят – мол, очень подробно, очень дотошно, нет былой легкости... Ну да, нет. Есть достоверно, подробно рассказанная история о том, что (цитирую отзыв Primorec на том же Фантлабе) «мы сдаемся под давлением правил, инструкций, традиций и обязательств, иногда полностью чуждых нашей натуре, пополняя серые ряды «таких, как все». Нас всех, за редким исключением, захватывают Чужаки».

Кстати, изобрети кто-то на одной из планет Пути клонирование – чтобы подсаживать разум в «пустое» тело, не было бы «похитителей тел» и бесконечной армады, но и повестей бы тогда не было. Впрочем, тогда бы встал вопрос перенаселения, а перенаселение – это потребность в жизненном пространстве. Значит, все-таки была бы бесконечная армада. Куда ни кинь, все клин.

Мирер еще выпускает повесть «Остров Мадагаскар» и роман «Мост Верразано», а также монографии «Евангелие Михаила Булгакова» и «Этика Михаила Булгакова» (эта, последняя, выходит уже после его смерти), но это уже не так важно. Ну, мост. Ну, остров. Ну, монография… Есть вещи, изыми которые из литературы – или из истории литературы – в общем ничего не поменяется, хотя беднее она, конечно станет. Есть вещи опорные. Ключевые. И да останутся в нашей памяти те, кому удалось их написать. Хоть одну. Одной, честно говоря, вполне достаточно.




Поделиться публикацией:
476
Опубликовано 09 мар 2017

© 2016-2017 Континуум Правовая информация /
ВХОД НА САЙТ