facebook ВКонтакте twitter
Электронный журнал фантастики. Основан в сентябре 2016 года.
Выпуск №4

Валерий Иванченко. ГРУБО И ЗАДОРНО

Валерий Иванченко. ГРУБО И ЗАДОРНО
(О двух романах)


Грубо и задорно
(О романе Василия Мидянина «Повелители новостей»)

Происхождение писателя Мидянина темно, однако с уверенностью можно сказать, что среди дедушек его был Лавкрафт и с отечественными литераторами Пелевиным и Минаевым он в явном родстве. Да-да, сюжет «Повелителей новостей» замешан на сложной демонологии, он объясняет, что именно стоит за профанной реальностью, и сюжет этот можно определить как «гламурный менеджер в кризисе».

Повествование многослойно. На обыденном уровне – это история о топ-репортерше Останкино, лишившейся в одночасье всего и хватающейся за призрачный шанс сохранить своё положение и саму жизнь. При ближайшем рассмотрении оказывается, что живёт она в мире магии и оживших легенд масскульта. В быту посвящённым вроде неё прислуживают духи-элементали, на улицах Москвы действуют джедаи и люди в черном. Ну и конечно объясняется истинное устройство всего. Оказывается, что видимый нами мир с далёкой древности тотально фальсифицируем демоническими службами лишь для того, чтобы не вышло из подземелий всемогущее верховное существо.

С первого взгляда понятно, что роман написан весьма легковесно. В тексте видны маркеры принципиальной небрежности: вязкие описания, ненужные детали, водянистые, убегающие не пойми куда диалоги. Но в какой-то момент понимаешь, что тут часть концепции, поскольку перед нами пародия, пародирующая, в том числе, определённый сорт сочинений. Так что вульгарная лексика, плоские шутки, жеребячье веселье – все ложится в строку, туда же – подростковый цинизм и склонность к абсурду.

Здесь, однако, не голое зубоскальство, а к прочему и сатира, не сказать, что поверхностная. Фантастические загогулины из астральных сущностей и всяких боевых магов с человеческими жертвоприношениями легко отнести на помутнение сознания захваченного своим величием ВИПа. Тогда вся история будет очень похожей на правду, а перед нами предстанет истинная природа сенсаций. Выяснится, что грош цена конспирологии, никакой плановой манипуляции не существует, есть только деньги, амбиции и шкурные интересы. И когда шеф требует раскопать и представить событие масштаба грузинской войны, а репортёр бросается искать подходы не в верхах, а через ментов и уличных информаторов – это не логический прокол, а сущая правда. Так они все и действуют. Системы нет, есть хаос диких событий, стихия. Успех у того, кто её оседлает, а управлять хаосом можно единственным способом: создавая его.

Роман рассчитан не на проговаривание чего бы то ни было, а на развлечение – причем, в первую очередь, на развлечение самого автора. Так уж принято у тех, кто пишет не ради заработка. И действительно, какие ещё могут быть мотивы? Славы стяжать? Смешно. Про Мидянина и так есть статья в Википедии. Хорошая новость в том, что можно разделить развлекалово с автором. Это не очень легко, потому что придётся настроиться с ним на одну волну, что, конечно, не для слабых духом. Личность Мидянина представляется изрядно пугающей, хотя можно попробовать себя с ним отождествить. Аттракцион ещё тот.

Впрочем, расслабьтесь. Чтение довольно удобное, без неожиданностей. Сюжет построен по классическому лекалу. С самого начала из-за сущего пустяка всё для героя начинает идти не так, несмотря на предпринятые усилия, он срывается, и катится, катится вниз, цепляясь изо всех сил, без шансов остановиться. И только достигнув в третьей четверти текста сущего дна, шатаясь встает и находит спасительное решение. Последняя четверть отведена под боевик, выполненный в стиле манги и даже где-то хентая, с эпическим погромом под занавес.

«Ухватив Ниббаса за грудки, элоим дернул его и завалил прямо на здание бывшего кинотеатра «Мечта» через дорогу от МИФИ, в фойе которого ныне располагался магазин «Пятерочка», а в помещении сбоку – дискаунт-бар «Killfish», знаменитый своей креативной рекламой: «Осторожно! Пьяные леди!».
Элоим с такой силой приложил Мастера Шема со всей дури по рогам, что острый обломок рога, стремительно крутясь, просвистел по воздуху в направлении архитектурного заповедника «Коломенское» и где-то у горизонта вонзился глубоко в скат крыши дворца Алексея Михайловича.»

Немаловажное, кстати, достоинство текста – прописанные московские локации и маршруты. Туристу интересно будет пройтись по местам, овеянным фантазией знаменитого писателя.

Нельзя не сказать, что в финале автор ведёт себя довольно рискованно. «Если половина Москвы будет обращена в пыль, этого будет достаточно, чтобы поставить мой материал в начало блока новостей?! – кричит его обезумевшая героиня напарнику. - Ты не очень-то возражал, когда мы раздолбали самолетами, а потом подорвали и обрушили башни-близнецы Всемирного торгового центра в Нью-Йорке». «Тогда у нас не было другого выхода! – отвечает тот. - Вовка Познер вообще предлагал взорвать ядерный заряд на площади перед Рокфеллер-центром, а тогда бы погибло гораздо больше народу!» «Мы устроили взрывы жилых домов в Москве и спровоцировали вторую чеченскую войну. Мы завалили Кеннеди и уморили Майкла Джексона, мы сбросили ядерную бомбу на Хиросиму, мы выпустили на свободу военный вирус СПИДа». «Да! Но всё это было заранее согласовано».

Рискованность тут не в фактуре, а в промелькнувшей фальшивой ноте обличителя-моралиста. К чести своей Мидянин моментально справляется с секундной слабостью и довершает уничтожение жилых московских кварталов вполне хладнокровно. Заканчивается роман хорошо. Конфликт разрешен, населению объяснили, что на Каширском шоссе рванул газ.

Резюмируем, что в целом роман безобразен, груб, и на культурного читателя не рассчитан. Тем не менее, в иных его складочках и закоулках припрятаны приманки для взыскующих если не духовных, то хотя бы интеллектуальных утех. Разумеется, есть читатели, которым только дай повод и они целую философию на пустом месте построят. Но, справедливости ради, на ведущие темы «Повелителей новостей» (знание как война с богами, люди как кормовой ресурс, плата за комфорт кровью и проч.) накатал уже несколько унылых трактатов литературный классик Лимонов. У Мидянина то же самое гораздо смешнее и не в пример убедительней. Хотя мы уверены, что главной целью автора было всласть порезвиться, и он для этого всё, что мог и хотел, сделал наилучшим образом.



Красиво и непонятно
(О романе Яны Дубинянской «Свое время»)

Скажем сразу, спойлерами этот роман не испортишь. У него интересная повествовательная ткань и он живёт своей жизнью с нюансами, которые много важнее общей канвы. Сюжетно он не то чтобы сложен, но запутан, во всяком случае, так кажется на первых главах. Эта кажущаяся запутанность внушает лишние ожидания, которые потом не оправдываются. Так что наличие либретто не только поможет читателю, но и убережет от разочарования. А уж рецензенту без пересказа просто не обойтись. Разобраться в тексте можно только водя пальцем по схеме.

В романе шесть сюжетных линий, шесть ведущих персонажей со своими пересекающимися историями. Они живут в разных мирах: трое – в нашей современной реальности, трое – в мире, устроенном весьма фантастически. Главы, рассказывающие о разных персонажах, чередуются в единожды заведенном порядке. Шесть таких глав образуют период. Таких периодов тоже шесть, правда, последний скомкан в постскриптум.

Первой главой стоит фантастическая. Это разумно и честно: читатель, которому текст не подходит, может оставить книгу немедленно, после первых абзацев. Мир, представляемый нам в нечетных главах, невозможно представить. Автор дает какие-то зрительные образы, типа «россыпь огней» или «пристань висящая в бархатной черноте», использует всякие термины: «флайсалон», «хронопомехи», «синхронизация» - но понять устройство этого мира нельзя, нечего и пытаться. Автор сам не пытается этого делать, рисуя его сновидчески, интуитивно. Столь же интуитивно воспринимает картину происходящего и читатель.

Вообразить этот мир почти невозможно, а вот в словах представить концепцию, напротив, не трудно. Индивидуумы здесь настолько атомизировались, что живут каждый в собственном пространстве и времени, осуществляя коммуникацию между собой лишь по некой информационной сети. Чтобы пообщаться вживую, им приходится выныривать в общее пространство в летающем хроносалоне, пристыковываться к какому-нибудь клубу и тусить там, стянув личный хронос по контуру тела. Тут важно соблюсти и поддерживать синхрон. Если ускориться, станешь для собеседника мелькающим пятном, замедлишься – превратишься в статую, ну и с восприятием речи, понятно, проблемы.

Персонаж первой главы – молодая женщина, встретившая на тусовке любовника. Вторая линия представлена патриархом, которому ее любовник приходится вроде бы внуком. Патриарх живет крайне замедленно относительно абсолютного времени (абсолютные часы выполняют роль неба над всеобщим пространством) и работает финансистом. Да, у них там есть финансовая система с денежной единицей «экво», и старик контролирует эквопотоки. Он и сам человек небедный.

Третий персонаж этого мира обитает в особенном месте. Эта такая локация, город, окруженный хроностеной и населенный бездельниками, у которых время одно на всех. Содержат этот заповедник на подачки, отчисляемые внешним миром. Кроме бездельников в городе есть обслуга: больничная, столовская и охранная, персонал которой живет в своем рабочем времени, ускоренном настолько, что ленивое население его просто не замечает. Снаружи город именуется «плебс-кварталом», изнутри – «миром-коммуной», и описан он достаточно подробно, чтобы можно было его понять и представить. В нем развернется главный конфликт. Любовник уговорит тусовщицу отправиться туда на экскурсию, дабы увидеть «настоящую жизнь» (он не знает, что обратно никто из гостей обычно не возвращается). Старик-финансист пойдёт по их следам: сначала, чтобы кое в чем разобраться, потом – чтобы спасти. Обитатель города, живущий в «охранном» времени, в их судьбе поучаствует.

С той частью романа, что разворачивается в знакомой нам (до поры) действительности, разобраться попроще. Действие начинается где-то примерно во Львове во время литературного фестиваля. Первый ведущий персонаж – юный студент-физик, втрескавшийся в популярную и дико энергичную поэтессу и рванувший за ней на гастроли в роли пажа-любовника. Второй персонаж – немолодая одинокая женщина, поэт. Ей скоро шестьдесят и всю жизнь одна, а тут вдруг мужики начали липнуть. Одного она отшивает, в другого – внезапно – влюбляется. Третья линия – о популярном писателе, несущем бремя популярности и понимающем, что осталось немного, поскольку интерес к литературе кончается и скоро она перестанет кормить. Он сочиняет фантастический роман о людях, живущих каждый в собственном времени.

Во всех трех линиях навязчиво и по разным поводам повторяются обороты «свое время», «свое пространство», а с какого-то момента с этим самым временем начинают происходить чудеса – поначалу принимаемые персонажами и читателем за особенности субъективного восприятия мира. Молодая поэтесса живет очень быстро, все и всех вокруг подчиняя своему темпу, так что синхронизированный с ней студент не теряет нереального ускорения даже покинув ее. Одинокая женщина, оставшись с любимым наедине, попадает в кокон страшно замедленного времени и даже после расставания никак не может совпасть с быстрым окружающим миром. Модный писатель в конце концов из времени вообще выпадает. Всё это очень интересно и хорошо, но должна быть кульминация, а с ней дела обстоят несколько хуже.

Теперь стоит отвлечься на вопрос качества. Рассказать, КАК написано.

Полностью фантастический мир написан обыкновенно. Ну как могут писать фантасты? Грамотно, может даже местами красиво. В смысле, красиво подбирая слова. В полностью фиктивном, приснившемся мире трудно показать писательские умения. Разумеется, персонажи там – куклы, функции, оживить которые вряд ли возможно. Автор старается, и видно, что техникой имитации он владеет, но как ни состыковывай слова, как ни старайся дать естественный внутренний монолог с подобием настоящих переживаний, - фальшивый мир всё превращает в фальшь.

Совсем другое мы видим в главах, более или менее реалистических. Линия студента и одинокой женщины, написаны очень хорошо, прямо-таки художественно, без всяких скидок на жанр. С точной психологией, с житейски мудрыми наблюдениями автора. Эти главы интересно читать, они вовлекают в сопереживание. Ограничься автор двумя этими линиями, получилась бы прекрасная повесть. Пусть не высокого полёта, но истинная литература.

А вот главы с модным писателем – это уже, извините, фантастика. И ближе к кульминации она начинает зашкаливать.

Надо кое-что рассказать про автора. Дубинянская – писатель-интуитивист, она придерживается принципа «писать красиво и непонятно». У нее уже были два романа «с концепцией»: «Н2О» и «Глобальное потепление». Первый – о возможностях воды (что бы это ни значило), второй, условно, - про температуру (и климата, и отношений). В этих романах тоже все было отлично, захватывающе и интересно, пока не добрались до кульминации и развязки. Проблема в том, что интеллектуальных возможностей автора заметно не хватает на то, чтобы расхлебать заваренную кашу. Она сочиняет нечто увлекательное и интригующее, накручивая ожидания читателя, но не имеет в голове никакой завершенной конструкции, надеясь, что всё само как-нибудь себя вывезет и рассосётся. В результате вынуждена проявлять чудеса эквилибристики, чтобы обойтись умолчаниями и туманными словесами. А что ещё делать, если никаких объяснений нет и концы с концами свести не можешь?

«Свое время» - это, с одной стороны, шаг вперед, поскольку концепция здесь разработана тщательней и даже кульминации как-то продуманы. С другой стороны, эта продуманность настолько детская, что, может быть, выигрышней было напустить побольше тумана.

С фантастического мира взятки гладки, он всё равно висит в воздухе, ни его физики, ни его экономики не может быть в принципе (тут напрашивается остроумное рассуждение о невозможности экономики Украины и о других сходствах этой страны с миром «своего времени», но политику мы не трогаем, как не трогает ее автор). Но хотя бы на уровне человеческих мотиваций можно было сохранить некоторую правдоподобность? Нет, к финалу происходящее скатывается к героическому фарсу и детским страшилкам («они не дадут нам денег!» - «они придут и разрушат наш мир!»).

В городе, где проходил фестиваль, дело кончается катастрофой, и в катастрофе невесть почему обвиняют писателя, причем, возможно он действительно виноват, хоть и не в юридическом смысле. Ладно, что никакая логика близ такого сюжетного хода не ночевала, окромя женской художественной логики самого автора. Но здесь и персонажи начинают себя вести дико и необъяснимо, причем все – от ментов до главного героя и его друга. И предъявлять претензии к автору в общем бессмысленно. Уже безвременье, в котором очутился и бродил персонаж, было полным сумасшествием, и возвращение в реальность выглядело не возвращением в реальность, а продолжением бреда. Сюжет перешел в зазеркалье, в потустороннюю жизнь, а какой логический спрос с потустороннего, сон он и есть сон. Да еще эта лишняя сущность в виде девочки с ленточками, намекающая на существование неких стивенкинговских миров с присущими им служителями Темной башни. Малый шажок остался до фэнтези...

В расстроенных чувствах, с нарушенными когнитивными функциями закрываем мы этот роман, переходя к выводам и итогам.

Хорош ли он? Наверное, хорош. Не диво как хорош, но лучше большинства прочих.

Получили ли мы от него что-нибудь? Да, он развлекает и наводит на мысли. Мы ведь многое знаем о времени и его скоростях, просто некогда было об этом подумать.

Несет ли роман смыслы? Или, может быть, учит чему-нибудь? Да, это неплохое пособие по тайм-менеджменту. Можно сказать, введение в курс.

Есть ли у романа художественная ценность? Несомненно. Особенно удался образ автора. Это не шутка, просто дочитайте до последних абзацев.шаблоны для dle 11.2




Поделиться публикацией:
106
Опубликовано 06 дек 2016

© 2016-2017 Континуум Правовая информация /
ВХОД НА САЙТ