Проект игры «БИОПРОМ»

Bioprom это 2D-экшен о мести и индустриальном будущем. Мир строился обратным ходом: не из фантазии к реальности, а из реальности к фантастике. Сначала собиралась настоящая среда, панельные дворы, подъезды, кухни, обои, площадки, и только потом в неё вводилось будущее, не больше десяти-пятнадцати процентов кадра. Чем плотнее узнаваемое, тем сильнее работает то немногое, что в этом мире сломано.

Первое решение было не выдумывать. Фантастика не работает, когда её не на чем держать, поэтому я одновременно собирал настоящую среду и набрасывал от руки: доска референсов росла параллельно с эскизами, одно питало другое. Панельные дома, дворы, планировки, подъезды, мебель, кухни, обои, площадки. Мне нужно было знать, какие обои клеили в комнате, где вырос герой, и как выглядит двор, из которого он ушёл. Будущее вводилось в мир последним.

Игра проходится в 2D, но мир нет. Чтобы поместить в него игрока, мне сначала нужно было прожить это место изнутри самому: встать во дворе, посмотреть на дом снизу, увидеть, как человек идёт вдоль забора. Поэтому первыми появились не планы и не ассеты, а кадры от лица находящегося внутри. Я рисовал не иллюстрации, а точки зрения: откуда смотрим, что закрывает обзор, куда тянет глаз. Настроение решается здесь, до всякой геометрии, потому что для меня это не уровень игры, а место, в котором живут.

Помещения я строил как привык в архитектуре: каждую комнату сразу в перспективе и в разрезе, с фигурой человека для масштаба. Прихожая, гостиная, коридор, лестничная клетка. Важно было понять не как комната выглядит, а как через неё проходит человек: где входит, где застревает, что видит. Пока это не решено, переводить сцену в графику бессмысленно, она развалится на первом же новом предмете.

Когда пространство собрано, я размечал его прямо поверх рисунка: где идёт прогулка, где выход на панораму, где начинается зона взаимодействия, какие объекты уходят в отдельные ассеты. Это момент, в котором картинка перестаёт быть видом и превращается в место, где человек что-то делает. Без такой разметки красивый фон остаётся фоном.

Образ, вид персонажей режиссировался исходя из их прошлого, их характера и диалога с окружением. Однако в пиксель арте в любом случае приходится ориентироваться на важное условие: узнаётся ли фигура, когда её уменьшить до спрайта в несколько десятков пикселей. Всё, что читалось только вблизи, отбрасывал. Финальную пару отобрал прямо на листе.

Противники создавались с дизайн видением как воплощение концепции трансгуманизма в своей самой худшей форме. Жестокие металлические импланты, инъекции, трансплантация органов и кибернетическое улучшения, которые обезображивают людей изнутри снаружи. Чтобы враги вызывали самое настоящее отвращение и становились манифестом человеческой корысти, наглости, нарциссизма и пренебрежения.

Отобранный персонаж переводился в пиксель отдельной задачей. Здесь всё решает силуэт: крупные массы, тёмная заливка, минимум внутренних деталей. Павел должен опознаваться в движении на малом размере и оставаться узнаваемым на любом фоне, поэтому детали, которые не работают в спрайте, убирались без сожаления.

Дальше персонаж разбирался на движение: цикл бега, фазы прыжка, удар, работа рук, стойка. Анимация в пикселе это не сглаживание, а выбор ключевых поз: сколько кадров нужно, чтобы удар читался как тяжёлый, а бег как усталый. Здесь окончательно проверяется, правильно ли выбран силуэт, потому что в движении ошибка конструкции видна сразу.

Из построений выросли готовые интерьеры и уличные сцены. Уровень собирается цепочкой комнат, часть генерируется процедурно, часть делается вручную под сюжет, поэтому всё разложено на модульные элементы с единой масштабной линейкой. Сцену можно пересобирать, и она не рассыпается.

Для полноценного замыкания чувства человека в мире мне необходимо было показать также проект со стороны звукового измерения. Звук работает там, где картинка уже сделала своё. Из всего собранного визуального ряда я вывел мотив главного экрана. Он должен погружать в мир до того, как игрок нажмёт кнопку. Основа это гитара с ревером и текстурным звуком, поверх подмешан аналоговый синтезатор с той узнаваемой рингтонной интонацией начала двухтысячных, а низ держит очень плотный бас, который и даёт настоящую индустриальную тяжесть.

Я работал с Биопромом в качестве арт-директора проекта. В моих обязанностях было создание концепции визуального ряда и формирование имиджа проекта: от сбора референса и сториборда до отбора персонажей, разметки среды и звука. Моя задача была сделать мир живым и иммерсивным, сделав из плоской пиксель арты на игры настоящую вселенную.

Собран мир, в который можно войти. Сеттинг, среда, персонажи, противники, интерфейс и звук решены как одна система с общим правилом достоверности. Работа шла от реального к вымышленному, от кадра изнутри к устройству пространства, от функции к форме, и каждое визуальное решение в проекте объяснимо. Концепция доведена до играбельного среза и проверена производством.